О праве не отпускать

Вы уже знаете, что мне часто приходится работать с горем, утратой, потерей близкого человека. И клиенты, которые обращаются ко мне с такой проблематикой, обычно хорошо чувствуют, что я в теме — не просто выучила пресловутые пять стадий горевания и техники, которые помогают их проходить, но и сама имею за плечами немаленький опыт потерь. Как и опыт собственных недо-смертей.

Не так давно я сделала два персональных открытия. Даже не знаю, почему мне хочется о них рассказывать. Возможно, потому что если есть в этом мире хоть один человек, который не может найти выхода в похожей ситуации, а мои мысли будут ему / ей созвучны и помогут, как помогли мне — мне будет приятно. Слишком уж они не похожи на общепринятые в этой области.

Первое открытие довольно простое. Смерть действительно близкого переживается сложнее, чем собственная недо-смерть. Потому что во втором случае мы всё-таки остались живы, потому что можем что-то изменить и, более того, именно приближение к пресловутой черте даёт нам позволение наконец-то начать жить, как мы всегда мечтали. Резко и всерьёз освобождает от навязанных правил, бессмысленных ограничений, вины и неадекватного чувства долга. Плюс наделяет энергией для изменений. Лет через 7 рекомендуется повторять. Симпато-адреналовая зависимость? Не обязательно. Экзистенциальная психотерапия из этой же оперы (обращайтесь).

А со смертью действительно близкого и дорогого человека мы не можем сделать ничего, от слова совсем. Более того, это единственный в своём роде факт, перед которым мы действительно бессильны. Который действительно всё обесценивает и обнуляет.

И бывает так, что пресловутые пять стадий горевания не проходятся, не вымучиваются, и тем более не протекают естественно, сколько ни пробуй, сколько ресурсов и поддержки туда ни вкачивай. Созависимость? Да, чаще всего, именно она. Но что это меняет? Как с этим жить? Ведь жить как-то надо.

Вылечить зависимость как таковую очень и очень сложно. Можно, в лучшем случае, заменить одну на другую — скажем, алкоголизм на трудоголизм, наркоманию на религиозный фанатизм, шопоголизм на запойное чтение — да и то это небыстрый и не всегда успешно завершающийся процесс. Даже много лет глубокой и эффективной психотерапии не гарантируют отсутствие рецидивов.

Так вот. Второе моё персональное открытие — право не отпускать. Право оставить фотографию любимого мёртвого человека на прикроватной тумбочке. Право вспоминать его / её так часто и так долго, как этого хочется. Право плакать столько, сколько плачется. Хоть каждый день. Хоть пресловутые полтора года, хоть десять. Право мысленно разговаривать с ним / ней так часто и так долго, как этого хочется. Делиться новостями, советоваться, а возможно, и вместе смеяться или горевать.

И — внимание — я сейчас не о подмене реального мира вымышленным. И не о замещении живых людей мёртвыми. Я о том, чтобы, прежде всего, позволить себе отвести своему любимому мёртвому человеку достойное место в своей реальной жизни и в своих мыслях. Не вытеснять его / её, не прогонять и не форсировать процесс горевания. Позволить себе, разрешить себе не отпускать.

А там, глядишь, и отпустится. И горе отгорюется.